ubermensch_ru

Предлагаю вам ознакомиться с небольшим художественным рассказом, посвящённым истории религии. Планирую в будущем написать ещё несколько "Разговоров о религии", которые, быть может, в итоге станут единым произведением. Критика по существу приветствуется.

( Возникновение религиозных культов )

Когда «доказательство мировоззрения» становится мыслительным приоритетом, то критический взгляд на собственные установки неминуемо отодвигается на второй план и, вероятно, ускользает от сознания. По сути, отдельный индивид, ведущий необоснованно яростную пропаганду, не пытается таким образом убедить себя самого, как ошибочно принято считать, а просто сконцентрирован на желании убедить конкретную человеческую единицу (или же их совокупность), что переносит критический взгляд за пределы зоны осознания. Следует пояснить, что ключевым фактором в данном утверждении является очевидное предположение ограниченности одновременного осознания различных, не связанных друг с другом, единиц информации. Проще говоря, оперируя огромной системой (сознанием), реально работать индивид может лишь с ограниченным числом элементов системы.

Может быть, манипулятивное действие по своей природе очень ресурсоёмко, и именно поэтому пропаганда и критический взгляд на собственную пропаганду (не на форму, а на предмет убеждения) не сочетаются. Однако я склоняюсь к тому, что природа манипулятивного действия, скорее всего, заключается во встроенном в него инструменте блокировки, который проявляет свою активность путём вытеснения из зоны осознания критического взгляда. Фанатичная вера оратора в собственные слова – важнейшее условие успешной пропаганды.

Сомнение, однако же, это слишком полезное качество чтобы от него отказываться совсем, поэтому блокировка критического взгляда может носить временный характер и, безусловно, подобной блокировки можно добиться путём самопрограммирования. Умение управлять динамикой собственной психики – непременное качество совершенствующейся личности. Возвращаясь к пропаганде: технику блокирования критического взгляда я назвал бы «сектант на час». Нет никаких сомнений, что, прибегнув к подобной технике самопрограммирования, опытный или же талантливый психопрограммист сумеет сохранить свой врождённый скептицизм, с целью дальнейшего использования этой полезной склонности во благо способности к динамичности мировоззренческой позиции. При этом, сохранив критический взгляд, такой человек сможет вести успешную пропагандистскую деятельность, прибегая в случаях публичного выступления к ограниченному и абсолютно контролируемому «двоемыслию».

Пересматривая в очередной раз "Зеркало" Тарковского, я не стремился наконец-таки объяснить всё происходящее, я понимаю, что этот фильм не головоломка и не математическая задача. "Зеркало" - это сложный синтез символов, которые, быть может, и не следует разгадывать, быть может, их достаточно просто воспринимать (созерцать?). Однако считаю, что уже могу позволить себе оценивать структуру личности главного героя, опираясь исключительно на собственное понимание значения образов Тарковского.

Уже с первой сцены режиссёр ясно даёт понять, что "может говорить" и будет говорить, несмотря на автобиографическую основу сценария. Тарковскому не откажешь в откровении. Обычно психоаналитики трактуют по своему художественные произведения, в "Зеркале" же, напротив, автор прибегает к спорным аспектам психоанализа, пытаясь на фундаменте детских переживаний построить символичный, двойственный и даже несколько сюрреалистичный мир.

Рассказ в кинофильме ведётся от первого лица, однако сам автор, участвуя в сценах, всегда находится за кадром, что усиливает восприятие зрителем детского образа Алексея. Алексея в детстве и его сына Игнатия играет один и тот же актёр, а мать Алексея и его жену играет одна актриса, что подчёркивает двойственность времени. Да, существует вечная проблема отцов и детей,  однако автор, будучи явным эгоцентристом, акцентирует внимание на себе, а вернее на  проблеме взаимоотношений со своей матерью. Детские переживания не дают Алексею покоя, он чувствует на себе вину и подсознательно желает вернуться в своё детство. Мать повлияла на него слишком сильно, и явно тот отрезок жизни, который герой прожил вместе со своей матерью, оставил самый яркий след в жизни Алексея. Душа требует эмоций и не важно каких, пусть это будут негативные эмоции, но это лучше, чем ничего, ведь переживания - это доказательство жизни перед самим собой. На самом деле, Алексей лишён всякого переживания, его эмоции остались в далёком прошлом, и, наверное, потому прошлым он и живёт. Жена Алексея не случайно копия его матери, а сын не случайно копия его самого в этом возрасте, более того, быть может, они вовсе и не похожие, однако внешняя схожесть подчёркивает то, что автор проецирует своё прошлое на настоящее. Конечно, у Алексея есть мать, однако он боится реальности и боится ответственности, для него мать это та женщина, кого он помнит в раннем детстве, однако, именно поэтому он пытается оказать хоть какое-то влияние на свою жену и своего сына, ведь в жене он видит мать, а в сыне себя. Невозможность исправить прошлое, боязнь исправлять настоящее - причина, по которой его заботит судьба жены и Игнатия. И всё же, очевидно, что он не в силах повлиять на чужую жизнь. Пусть Алексей и скрывается за маской цинизма, однако в действительности его психика совершенно истощена.

Судьба Алексея в каком-то роде была предрешена, ведь настоящее для него - лишь зеркальное отражение прошлого, а его прошлое изначально имеет фатальную природу, очевидную не только предрешённостью повторения былых ошибок, но и в своей мрачной пессимистичной форме. Алексей "просто хотел быть счастливым", но сломался под влиянием притягательного сюрреализма своих воспоминаний.